|
|
Человек, который смеётся.
Тогдашний Уэймет не был нынешним почтенным и великолепным Уэйметом.
В старинном Уэймете не было, подобно теперешнему Уэймету, безукоризненной, прямой,
как стрела, набережной со статуей Георга III и гостиницей, носящей имя того же короля. Это
объясняется тем, что Георга III в то время еще не было на свете. По той же причине на зеленом
склоне холма, к востоку от Уэймета, еще не красовалось занимающее теперь чуть ли не целый
арпан и сделанное из подстриженного дерна, уложенного на обнаженной почве, изображение
некоего короля верхом на белом коне с развевающимся хвостом, обращенным, в честь того же
Георга III , в сторону города. Впрочем, почести эти были заслужены: Георг III, лишившийся в
старости рассудка, которым он не обладал и в молодости, не ответственен за бедствия,
происшедшие в его царствование. Это был дурачок. Почему бы не воздвигнуть памятник и
ему?
Сто восемьдесят лет тому назад Уэймет отличался приблизительно той же
симметричностью, что и сваленная в беспорядке куча бирюлек. Легендарная Астарот иногда
прогуливалась по земле с мешком за плечами, в котором было все решительно, включая и
домики с добрыми хозяйками. Груда домишек, выпавшая из этой дьявольской котомки, могла
бы дать точное представление о хаотической разбросанности уэйметских жилищ и даже о
добрых уэйметских хозяйках. Образцом его построек может служить сохранившийся доныне
Дом музыкантов. Множество деревянных хижин, украшенных резьбою; уродливые,
покосившиеся на сторону строения, из коих одни опирались на столбы, а другие прислонялись
к соседним домишкам, чтобы не свалиться под напором морского ветра, узкие, кривые,
извилистые проходы, переулки, перекрестки, часто затопляемые морским приливом, ветхие
лачуги, лепившиеся вокруг старинной церкви, – вот что представлял собой в ту пору Уэймет.
Уэймет был чем-то вроде древнего нормандского поселка, выброшенного волнами на
английский берег.
Путешественник, заходивший в таверну, на месте которой стоит ныне гостиница, вместо
того чтобы потребовать жареной камбалы и бутылку вина и с королевской щедростью
заплатить двадцать пять франков, скромно съедал за два су тарелку рыбной похлебки, впрочем
отменно вкусной. Все это было очень убого.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
|
|
