Литературная коллекция. Виктор Гюго.

	Литературная Коллекция
Произведения:	Виктор Гюго

На главную

Бюг-Жаргаль

Человек, который смеется:          часть 1
                         часть 2
                         часть 3
                         часть 4

Интересные ресурсы:

Труженики моря

Тридцать лет этого человека сковывало лицемерие. Он был воплощением зла, но
сочетался браком с честностью. Он ненавидел добродетель лютой ненавистью неудачливого
супруга. Он всегда был преступником в душе; достигнув зрелого возраста, он облекся в тяжкую
броню притворства. За ней таилось чудовище; под личиной порядочного человека билось
сердце убийцы. То был сладкоречивый пират. Он стал узником честности; он заключил себя в
оболочку невинности; за спиной у него были ангельские крылья, тяготившие негодяя.
Он нес непосильное бремя всеобщего уважения. Тяжело слыть честным человеком.
Всегда поддерживать в себе равновесие, замышлять зло, а говорить о добре – какой
утомительный труд! За маской простодушия скрывался призрак преступления. Такое
противоречие было его уделом. Ему приходилось владеть собой, казаться достойным
человеком, в душе же он бесновался и смехом заглушал скрежет зубовный. Для него
добродетель была тягостным бременем. Всю жизнь он мечтал укусить руку, зажимавшую ему
рот.
И, горя желанием кусать, он должен был лобызать ее.
Лгать – значит страдать. Лицемер терпит вдвойне: он долго рассчитывает свое торжество
и длит свою пытку. Примирять и сочетать со строгим образом жизни неясные помыслы о
злодеянии, душевную низость – с безукоризненной репутацией, постоянно обманывать,
прикидываться, никогда не быть самим собою – тяжкий труд. Все темные мысли, копошащиеся
в мозгу, претворять в чистосердечие, томиться желанием уничтожить своих почитателей, быть
вкрадчивым, вечно сдерживаться, вечно неволить себя, беспрестанно быть начеку, бояться себя
выдать, скрывать тайные свои пороки, внутреннее уродство выдавать за красоту, злобу
превращать в достоинство, щекотать кинжалом, подслащивать яд, неусыпно следить за
плавностью своих жестов, благозвучностью голоса за выражением глаз – что может быть
тягостнее, что может быть мучительнее! Лицемер начинает бессознательно питать отвращение
к лицемерию. Постоянно ощущать свою двуличность претит. Кротость, подсказанная
коварством, вызывает тошноту у самого злодея, вынужденного вечно чувствовать во рту
привкус этой смеси, и в иные минуты лицемера начинает так мутить, что он готов изрыгнуть
свой замысел. Глотать эту набегающую слюну омерзительно. Добавьте ко всему непомерную
гордость. Как это ни странно, но порой лицемер проникается уважением к себе. Он
преувеличивает значение своего «я». Червь пресмыкается так же, как дракон, и так же
приподнимает голову. Предатель – не что иное, как связанный деспот, который может
выполнять свою волю, лишь согласившись на другую роль. Это – ничтожество, способное
достигнуть чудовищных размеров. Лицемер – и титан и карлик.
Клюбен совершенно искренне думал, что он – угнетенный. Отчего он не родился
богатым? Ему бы хотелось унаследовать сто тысяч франков годового дохода, и только Почему
же он обойден? Уж никак не по своей вине. За что, отказав ему во всех наслаждениях, его
принуждают трудиться то есть обманывать, предавать, разрушать? За что же он приговорен к
вечной пытке и должен льстить, раболепствовать, прислуживаться, заискивать, добиваться
любви и уважения Денно и нощно носить чужую личину? Притворяться означает терпеть
насилие. И тот, кому лжешь, ненавистен. Наконец час пробил. Клюбен мстил за себя.