Литературная коллекция. Виктор Гюго.

	Литературная Коллекция
Произведения:	Виктор Гюго

На главную

Бюг-Жаргаль

Человек, который смеется:          часть 1
                         часть 2
                         часть 3
                         часть 4

Интересные ресурсы:

Труженики моря

Как быть с этими явлениями? Как существовать под их воздействием? Уничтожить их
гнет невозможно. Какой мечтой приблизить прилежащие к нам загадочные миры? Сколько
туманных, невнятных откровений сразу! Их так много, что смысл каждого ускользает от нас. То
неясный лепет истины, вещающей о себе! Мрак – это безмолвие, но оно красноречиво. В нем
величественно являет себя равнодействующая сила – бог. Бог – понятие неограниченное. Оно в
самом человеке. Силлогизмы, споры, отрицания, системы, религии проходят мимо, не умаляя
его. Понятие о нем дает вся безмерность тьмы. Но смятение остается. Тайна мироздания
устрашает разум. О неслыханном единении сил говорит равновесие этой мглы. Вселенная висит
в пространстве, и ничто не падает. В беспрерывных и необозримых перемещениях не бывает ни
гибельных случайностей, ни опасных встреч. Человек участвует в этом поступательном
движении, и сумму колебаний, которым он подвергается, он называет судьбой. Где начинается
судьба? Где кончается природа? Есть ли разница между событием и временем года, между
горем и дождем, между добродетелью и звездой? Разве час – не та же волна? Заведенный
механизм продолжает свой бесстрастный ход, не отвечая человеку. В звездном небе предстают
пред ним видения колес, маятников, противовесов. То вдохновенное созерцание, слившееся с
вдохновенным размышлением. То сама действительность и сверх того сама отвлеченность. За
этим нет ничего. Человек чувствует себя в плену. Он попадает во власть мрака. Побег
немыслим. Он – в зубчатых колесах механизма, он – неотделимая частица неизвестного целого,
он чувствует, как неведомое в нем самом таинственно сливается с неведомым вне его. Это
великое предвестие смерти. Какая мучительная тоска и вместе с тем какой восторг! Слиться с
бесконечностью, прийти к своему бессмертию, и – кто знает? – быть может, к вечности;
ощутить в волне этого чудесного потока жизни вселенной неистребимую сущность своего «я»!
Смотреть на звезды и повторять: "Я – душа, подобная вам!" Смотреть во мрак и повторять: "Я –
бездна, как ты!"
Эта безмерность и есть Ночь.
Все это тяготело над Жильятом и усиливало его. одиночество.
Понимал ли он это? Нет.
Чувствовал ли он это? Да.
Жильят обладал великим мятущимся умом и великим нетронутым сердцем.

VI. Жильят ставит ботик в боевую позицию

Спасение машины, задуманное Жильятом, как мы уже говорили, было подлинной
подготовкой к побегу, а ведь известно, сколько надо терпения, чтобы побег подготовить.
Известно также, какая требуется для этого изобретательность. Изобретательность, граничащая с
чудом, а терпение – со смертной мукой. Так, некто Томас, узник замка архангела Михаила,
ухитрился спрятать полстены в свой соломенный тюфяк.
Другой, узник Тюльской тюрьмы, в 1820 году срезал свинец с плоской крыши над
галереей – местом прогулок арестантов.
Каким ножом? – никто не знает. Он расплавил этот свинец.